экспериментальной
музыки
19 мая — день памяти выдающегося музыкального деятеля Арсения Михайловича Авраамова.
Авраамов мало известен широкой аудитории, но широко известен в узких кругах как один из отцов основателей экспериментальной, индастриал и шумовой музыки, предвосхитивший некоторые практики композиторов XX века, такие как конкретная и микротональная музыка, большой музыкальный теоретик и собиратель аутентичной музыки народов Кавказа.
Арсений был большой мистификатор о самом себе, даже в Большой российской энциклопедии датой его рождения значится 22 апреля, но по словам его сына Германа он родился 22 июня. Примечательно, что 22 апреля это день рождения Ленина, что складывает этот мистификационный пазл.
Фестиваль носит имя композитора и музыканта, которого можно было бы назвать “авангардным”. Значит фестиваль, возможно, должен быть посвящён авангардной музыке. Но что считать авангардным и вообще, что такое авангард? Любая экспериментальная музыка? А экспериментальная музыка это какая? Любая непонятная, странная, неконвенциональная, использующая новую технику и новые техники? Или этого недостаточно и дело не только в этом? А далее, что считать музыкой и как её отделить от не-музыки? Если вопрос о сущности авангарда можно считать сугубо искусствоведческим, то вот что такое музыка вообще, вопрос намного более фундаментальный. Он, кстати, часто звучит там же, где звучит экспериментальная музыка. Но что делать с теми, кто не признаёт музыкой то, что слушают миллионы?
Тейлор Свифт это музыка?
Что осложняет размышление об этом дополнительно, так это взгляд на эволюцию музыки — менялась культура, менялись технологии и это сильно меняло музыку, порождая новые совершенно разные жанры. При этом, при определённом взгляде может показаться, что классическая музыка очень авангардна для своей эпохи (а может и не только для своей). Иногда говорят, что если бы музыканты прошлого услышали современную музыку, то они, мягко говоря, ничего бы не поняли. Но музыканты-аутентисты, пытающиеся играть старую музыку “по-старому”, скажут что мы бы и сейчас не совсем поняли музыку прошлого, сыгранную так, как она должна была звучать в прошлом.
Странным образом фигура Арсения Михайловича почти незаметна в России. Фестиваль Авраамова ставит своей целью не только отдать дань уважения непримиримому новатору и авантюристу, но и сопроводить это такой же новаторской и авантюрной музыкой.
19 мая — день памяти выдающегося музыкального деятеля Арсения Михайловича Авраамова.
Авраамов мало известен широкой аудитории, но широко известен в узких кругах как один из отцов основателей экспериментальной, индастриал и шумовой музыки, предвосхитивший некоторые практики композиторов XX века, такие как конкретная и микротональная музыка, большой музыкальный теоретик и собиратель аутентичной музыки народов Кавказа.
Арсений был большой мистификатор о самом себе, даже в Большой российской энциклопедии датой его рождения значится 22 апреля, но по словам его сына Германа он родился 22 июня. Примечательно, что 22 апреля это день рождения Ленина, что складывает этот мистификационный пазл.
Фестиваль носит имя композитора и музыканта, которого можно было бы назвать “авангардным”. Значит фестиваль, возможно, должен быть посвящён авангардной музыке. Но что считать авангардным и вообще, что такое авангард? Любая экспериментальная музыка? А экспериментальная музыка это какая? Любая непонятная, странная, неконвенциональная, использующая новую технику и новые техники? Или этого недостаточно и дело не только в этом? А далее, что считать музыкой и как её отделить от не-музыки? Если вопрос о сущности авангарда можно считать сугубо искусствоведческим, то вот что такое музыка вообще, вопрос намного более фундаментальный. Он, кстати, часто звучит там же, где звучит экспериментальная музыка. Но что делать с теми, кто не признаёт музыкой то, что слушают миллионы?
Тейлор Свифт это музыка?
Что осложняет размышление об этом дополнительно, так это взгляд на эволюцию музыки — менялась культура, менялись технологии и это сильно меняло музыку, порождая новые совершенно разные жанры. При этом, при определённом взгляде может показаться, что классическая музыка очень авангардна для своей эпохи (а может и не только для своей). Иногда говорят, что если бы музыканты прошлого услышали современную музыку, то они, мягко говоря, ничего бы не поняли. Но музыканты-аутентисты, пытающиеся играть старую музыку “по-старому”, скажут что мы бы и сейчас не совсем поняли музыку прошлого, сыгранную так, как она должна была звучать в прошлом.
Странным образом фигура Арсения Михайловича почти незаметна в России. Фестиваль Авраамова ставит своей целью не только отдать дань уважения непримиримому новатору и авантюристу, но и сопроводить это такой же новаторской и авантюрной музыкой.